Шато Монжерон или Le Moulin de Senlis — общежитие русских изгнанников, эмигрантов, богемы.

монжерон

Маленький замок Le Moulin de Senlis, известный ранее в русской общине Франции под неофициальным названием Шато Монжерон, стоит в юго-восточном предместье Парижа. Он всегда стоял на отшибе, и еще какие-нибудь тридцать лет назад это место считалось далеким пригородом.

До июля 2016 года здесь обитали семьи из стран бывшего советского блока, в основном из России.
Сейчас он включен в список исторических памятников и весной 2019 года ратуша Монжерона пригласила своих граждан на публичное собрание. Годом ранее комплекс был продан двум пока еще неизвестным покупателям на аукционе за 500 000 евро. 75% помещений будут отведены жилью, осталось решить судьбу еще 25%.

Заканчивается еще одна эпоха...

Монжерон

Монжерон - было.

Теперь, когда скоростное метро RER подвело к нему одну из своих линий, до центра Парижа - Chatelet семнадцать минут, до Елисейских полей двадцать. Предместье Монжерон, тихий французский пригород с одноэтажными, дачного типа домиками, садиками и провинциальным уютом, вдруг стало частью парижского мегаполиса. Но никакие перемены не коснулись Le Moulin de Senlis. По строгим оценкам профессионалов исторической архитектуры, это и не замок вовсе. Размеры строения не соответствуют эталону. Слишком маленький, хотя есть все признаки - башня, герб на воротах и на главном здании, крепостная зубчатая стена с проемами бойниц. В каталоге достопримечательностей Франции он именуется "Местом встреч короля Генриха IV". Вообще, Le Moulin de Senlis в переводе означает "мельница Сенлис". Это по названию соседнего города и огромного заповедного леса, расположенного в сотне километров от Парижа.

В замке были свои подвалы и конюшни, сейчас перестроенные в жилые помещения. Здесь было не только место для пиров и приема гостей, но и целое самостоятельное хозяйство. Король, сам провинциал, выросший в похожем замке в одной из провинций Франции, создал его, видимо, по памяти своего детства. Он частенько приезжал сюда, неизвестно только - на гугенотскую сходку или на встречу с очередной красоткой. А может быть, он прятался здесь от двора, чтобы побыть немного в тишине и покое.

Монжерон

Монжерон - идиллия.

Место действительно все еще удивительное мирное. Только изредка пролетит со стальным шелестом мимо трансъевропейский экспресс в Рим. Густой лес, окружавший когда-то замок, почти весь вырублен. С трех сторон поместье обступили здания разрастающихся пригородов, но на паре гектаров парка сохранилась нетронутая природа. Она настолько незатоптанная и чистая, насколько это вообще возможно в наше время. С задней стороны замка за кирпичным забором чье-то заброшенное поместье, на лугу которого пасутся козы и лошади. Парк переceкается рекой, или, скорее, большим ручьем Йер. Это, между прочим, приток Сены. В речушке плавают кувшинки, склонились ивы, на упавшем в воду бревне греются под солнцем черепашки, да иногда слышен всплеск. Это выдры ловят мелкую рыбешку.

Монжерон

Монжерон любили рисовать импрессионисты. Помните кувшинки в пруду на картине Моне? Это те самые, у здешнего замка.

Девять веков назад все вокруг было покрыто безлюдными лесами, а на этом месте было большое оживленное аббатство. Прошли века, вокруг возник цивилизованный город, на месте аббатства построили замок. Что за тайна кроется в нем? Здесь в одиннадцатом веке жила королева Франции, Анна Ярославна. Ярослав Мудрый, скрепив и улучшив государство российское, решил усилить его влияние на Западе. Для этого он выдал всех своих дочерей за иноземных принцев. Анну выдали за наследника французской короны. Со свитой она ехала к суженому через всю Европу, в те времена вовсе не фешенебельную, а полную смуты и опасностей. Брак был в целом удачным, но счастье омрачилось безвременной кончиной молодого короля. Погоревав, Анна вышла замуж во второй раз, теперь уже неудачно. На этот раз супруг попался здоровый, но слишком наклонный к женскому полу и пирам. Уставшая от скандалов и измен, Анна сначала удалилась в аббатство, а потом, пожив здесь несколько лет, вернулась в Россию.

Монжерон - тайны.

Если можно говорить о геопатогенных местах, то Le Moulin de Senlis, безусловно, является таким. Вместо аббатства, обветшавшего от времени, был построен в пятнадцатом веке Le Moulin de Senlis. Ходят легенды, что в прошлом веке замок принадлежал ордену розенкрейцеров. В доказательство показывают на фронтоне главного здания необычный герб с розой и крестом. Говорят, розенкрейцеры освятили это место и закляли его. Может быть, поэтому замок никогда не был разрушен завоевателями. Чего вокруг только не происходило - войны, революции. А на стенах замка нет ни одной отметины, кроме естественных признаков возраста. Соседний город Виль-Сан-Жорж, крупный железнодорожный узел, почти совсем разрушен во время последней мировой войны. А Le Moulin de Senlis фашисты не тронули.

И перемены...

После российской октябрьской революции тысячи русских ринулись в Париж, спасаясь от красного террора. Тогда одна русская графиня купила это поместье и основала здесь приют для русских беженцев. Здесь жили выброшенные из своей страны историческим ураганом князья, графы, поручики. Они пили, стрелялись, страдали от ностальгии. Кто-то спился и погиб в клоаке Парижа, кто-то сумел адаптироваться и перебрался в престижные районы. Этот период представители русской эмиграции, вернее, дети белоэмигрантов, не любят вспоминать. И как теперь узнать какие-либо достоверные исторические сведения и имена из этого времени..?

Голодное детство.

После второй мировой войны Фонд Толстого организовал в замке приют для беспризорников и детей, родители которых погибли на фронте. Здесь была французская "республика Шкид". Руководство приюта старалось быть жестким, чтобы превратить уличных детей и сирот в почтенных граждан Франции. Так что - говорят - что в приюте царили драконовские законы. Сейчас двор полон детворы, но это веселые дети нынешних переселенцев. А из примет того времени остался памятник неизвестного автора. Над четырехугольным каменным фонтаном, служившим в старину поилкой для королевских лошадей, кто-то водрузил фигурку Маленького принца. Грустно смотрит он на сегодняшних обитателей. Поколение белоэмигрантов, которое выросло в нормальных семьях, сегодня - респектабельные французы с русскими корнями. Но до сих пор они вспоминают, что в детстве их пугали Монжероном. "Если будешь плохо себя вести, отдадим тебя в Le Moulin de Senlis". Правда, недолго Le Moulin de Senlis оставался детским домом.

Странные природные изменения стали происходить в окрестностях. То ли послевоенное строительство, то ли какие-то другие причины вызвали изменения, но дожди и наводнения затопили замок, и жильцы были выселены. Несколько лет Moulin Senlis простоял нежилой. Веснами он стоял, полностью окруженный водой, что придавало ему сказочную таинственность. Местный мэр, чуждый сантиментов, отдал приказал вычистить парк и изменить русло ручья. В шестидесятые годы замок восстановили. Графиня-владелица к тому времени скончалась, завещав его русской общине. А тут в России грянула "оттепель" и последовавшие за ней политические заморозки. В Париж потянулись новые российские беженцы - диссиденты шестидесятых-семидесятых годов. Их поселяли в Le Moulin de Senlis.

Монжерон - русский дух.

Русское общежитие... Снаружи стены покрыты живописной зеленью. Химеры грозно наклонились над тяжелыми воротами с кованым запором. Над входом старинный герб. Решетки на окнах сторожевой башни. В главном здании витражи. Крепостная стена по-прежнему окружает строения. Любопытные французские туристы, привлеченные необычной архитектурой, иногда заходят - что это такое, не музей ли? Нет, не музей, это общежитие имени монаха Бертольда Шварца. Филиал России на парижских задворках. Из окон доносится запах борща и котлет. Слышны крики: "Вова, живо домой, кому сказала!" Во дворе мужики в тренировочных штанах ковыряются в машинах, употребляя знакомые до боли выражения. На веревках треплется белье. Лениво бродят полосатые мурзики. На лавочке отдыхают бабушки, перебирая косточки соседям. Жильцов немного, с полсотни, но они сумели полностью изменить дух замка и превратить его в обыкновенную Воронью слободку...

Старожилы уверяли, что раньше в главном корпусе жило привидение, дама в белом. Никто не знал, кого представляла эта дама - Анну Ярославну, фаворитку Генриха IV или русскую беженку. К безобидному белому облаку, маячившему в конце коридора после полуночи, привыкли и не боялись. Внезапно привидение пропало. Может, отбыло в мир иной, а может, перебралось поближе к центру.

Струве.

Для того, чтобы, не будучи привидением, поселиться в замке, нужно было заручиться разрешением г-на Струве, официального директора Монжероновского общежития. Никита Алексеевич в замке бывал редко, жил он совсем в другой стороне, с семьей. Свою обязанность командовать общежитием он откровенно не любил. Дело не в том, что жильцы последней волны "совковой" эмиграции ему чужды по определению. Просто замок не приносит ему ничего, кроме хлопот. Дворянин, настоящий интеллигент и потомок известного в российской истории политического деятеля - это не в упрек. Струве с гораздо большим рвением занимается другими делами - изданием и распространением книг на русском языке.

Макбетовские страсти ни разу не разгорались в этих стенах, самым крупным преступлением является кража из общественного холодильника. Случались драки, но никогда не доходило до увечий. Местная полиция хорошо знает дорогу в замок, частенько соседи вызывали ее, не поделив конфорки, но ажаны никогда особо не торопились. По их опыту, самый большой ущерб заключается в побитых тарелках и царапинах. Чаще всего полиция подъезжает к замку забрать очередную угнанную машину, брошенную перед воротами. Местные хулиганы делают так, чтобы навести полицию на русских эмигрантов. Но комиссары считают слишком простодушным для русских бросать улики перед собственным домом и ищут виновников дальше. Проверяют вместо замка цыганское поселение, расположенное рядом с Le Moulin de Senlis.

Монжерон

Что-то осталось?

В последних числах декабря, когда Париж обвешан новогодней мишурой, а в супермаркетах идут праздничные распродажи, замок впадал в безудержное гуляние. Жильцы отмечают Noel олимпийским перемирием и многодневными пирами. Постепенно Noel переходит в Новый год, а там и в русское рождество… Все, как обычно.

Садитесь на поезд RER линии А в сторону Melun и поезжайте в Монжерон. Не могу гарантировать того, что взор ваш будет услажден изысканным зрелищем. Но это правда жизни. Там жили российские поэты и художники в изгнании, вынужденном или добровольном. Среди этого всего жила Марина Цветаева, которая мыла полы в соседнем пригороде. Перебивался Илья Эренбург. И Марк Шагал.

Может быть, вы еще увидите картинки быта российских деятелей культуры.

Источники: iностранец, guide.travel, le parisien.

Монжерон
Смотрите также: